Юнион начал авиаудары по ПарадаймСити. Это было ровно то зрелище, которое Гордон описал в своей книге Метрополис. На защиту встал Биг Фау — он воскрес как Мегадеус, встроивший в себя коамемори и используя интерфейс, основанный на диске памяти Дороти.Тем временем на подземной сцене памяти Энджел вновь встречает Гордона, сидящего как в оцепенении. Та, кто заговорила материнским тоном, — оказалась сама Вера. Она рассказывает, что томаты, которые Гордон выращивал для воспроизведения генетических воспоминаний её и одного члена сената, были отсеяны как непригодные — и именно эти отброшенные экземпляры, по её словам, и есть она, Энджел и Юнион. Энджел направляет на Веру ствол, но та вместо этого карает её плетью: костюм на спине рвётся, на месте появляются следы, похожие на отметины от крыльев, и раны накладываются друг на друга. Остановить это удаётся Роджеру. На вопль Веры Ты такая же неудачная искусственно выращенная! Роджер решительно…